Где хранят деньги богатые люди

Миллионеры предпочитают наличные

Чем объясняется их решение переводить активы в валюту

Все больше состоятельных людей по всему миру переводят свои активы в наличные. По итогам прошлого года доля наличных в портфеле долларовых миллионеров составила рекордные 28%, говорится в ежегодном исследовании компании Capgemini. Свой переход в кэш хайнеты объясняют общими негативными трендами в мировой экономике. «Коммерсантъ FM» решил узнать у российских миллионеров, как они хранят свои активы. Подробности — у Владислава Викторова.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ / купить фото

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ / купить фото

Обострение торговых войн, замедление мировой экономики и перспектива падения корпоративных прибылей — все это заставляет миллионеров избавляться от вложений в акции и недвижимость. Вырученные от этого доллары они бережно кладут на депозиты в банки. И, по подсчетам аналитиков из Capgemini, это каждый четвертый доллар из состояния 18 млн самых богатых людей по всему миру.

Но, по мнению основателя «Национальной резервной корпорации» Александра Лебедева, поводов для бегства в кэш нет: «Большая часть активов в России очень сильно недооценена, различные же политические риски, напротив, переоценены. Люди могут быть напуганы всей совокупностью того, что им кажется Армагеддоном. Это неправильная стратегия. Я просто давным-давно поймал себя на мысли, что когда у меня было много кэша или акций, или ликвидных инструментов, то доступ к деньгам оказывался хуже, чем когда существовали какие-то стабильные денежные потоки, например, производство товаров или услуг».

Как увеличивают прибыль российские бизнесмены

Впрочем, по данным другого исследования, проведенного компанией Knight Frank, многие российские миллионеры доверяют наличным, особенно долларам, больше, чем состоятельные люди в других странах. Доля кэша в совокупных активах в России самая высокая в мире — 26%. И причины здесь исторические — после стремительного перехода от плановой экономики к рыночной в стране несколько раз происходила девальвация национальной валюты. Именно поэтому для многих доллар оказался самым надежным активом, говорят аналитики.

Но сейчас их хорошо бы вложить в недвижимость, считает вице-президент компании «РЕСО-Гарантия» Николай Саркисов, который занимает 134-е место в списке Forbes с состоянием в $800 млн: «Поскольку мы очень ликвидно стоим в корпоративном бизнесе, то я больше верю в кирпичи. Все зависит, как вы эти кирпичи покупаете, как ими пользуетесь.

На недвижимости можно неплохо зарабатывать. При этом хорошо купленная недвижимость легко финансируется.

Мне как-то претит просто находиться в наличных».

Как отмечают в Capgemini, из-за желающих перейти в кэш пострадали фондовые рынки США и Европы. За год основные индексы потеряли от 6,5% до 14%. В результате и самих долларовых миллионеров стало меньше, и впервые за семь лет их совокупное состояние снизилось на 3%, до $68 трлн. Понять опасения тех, кто решил перевести активы в наличные, можно, проблем в экономике действительно хватает, отмечает глава АФК «Система» Владимир Евтушенков (63-й в списке богатейших людей России, чье состояние Forbes оценивает в $1,5 млрд). Хотя сам бизнесмен считает, что деньги не должны лежать без дела: «Действительно, опасения есть, и, действительно, такая стратегия, может быть, и верна. А, может быть, и нет.

Дело в том, что это сложная модель, которую предсказать трудно.

Здесь каждый, как говорится, рискует. К сожалению, у меня противоположное мнение: деньги должны работать».

Впрочем, бизнес в России всегда сопряжен с определенными рисками. И, как минимум, двое из предпринимателей, с которыми беседовал «Коммерсантъ FM», ощутили их на себе. Поэтому кажется вполне разумным держать при себе запас наличных на «черный день».

Между тем, как показывают апрельские данные Центробанка, с января прошлого года чистый спрос россиян на наличные доллары упал в пять раз: суммарно они купили порядка $380 млн. Зато они заинтересовались евро — интерес к этой валюте увеличился более чем в два раза, до €770 млн.

Где люди хранят деньги?

Где люди хранят деньги?

Ученые из Института социально-экономических проблем народонаселения РАН выяснили, что 2/3 жителей нашей страны, обманутых вкладчиков, имеют сбережения. Правда, почти половина из них обладает суммой не более 1 тыс. новых рублей. Не то что в Америке. Среднестатистический гражданин там имеет про запас в 40 раз больше, чем получает в месяц.

или под матрасом хранится 43,3% сбережений. Причем 3/4 — наличная валюта.

В нашей стране кое-что скоплено даже у самых бедных, чей доход не превышает одной минимальной зарплаты. На черный день.

лежит 11% сбережений. Сбербанк — это банк бедняков. 77,7% бедняков хранят по привычке деньги в сберегательной кассе. Больше всего денег в Сбербанк вкладывают в самых нищих регионах: в Вологодской, Тульской, Кировской областях, Чувашии, Воронежской, Пермской, Челябинской, Кемеровской областях. Обычно это деньги на «так называемые свадьбы-похороны», а также все пенсии и пособия. Из более-менее состоятельных людей, с доходом выше 2 млн. руб., Сбербанку доверяет только четвертая часть.

В остальных банках

хранится 14%. Это уже деньги богатых (богатыми у нас считаются люди с доходом от шести прожиточных минимумов — свыше 2,5 тыс. руб. в месяц). Здесь копятся средства на жилье и прочее имущество. И копятся в основном в валюте. Чем больше у людей денег, тем больше они вкладывают в валюту. Но буквально копейки (вернее, центы) хранятся на личных счетах.

Богатые люди держат свои деньги на корпоративных счетах (13,2% из тех 14%). Иными словами, на счетах фирм.

Капитал предприятия или организации хозяин считает частными сбережениями, которые он может извлекать по мере надобности. 19% сбережений находятся в ценных бумагах.

крутится 13,2% российских сбережений. Это примерно треть капиталов наших самых богатых людей. По некоторым данным, из России ежегодно вывозится 12 млрд. долларов. А за последние пять лет в мировые финансовые центры их переместилось 60 млрд.

2% самых богатых в нашем обществе владеют 53% сбережений. И только лишь один-единственный процент людей имеет на своих счетах свыше 16 тыс. долларов.

Я самая первая начала принимать вклады

«Не прячте ваши денежки

по банкам и углам!»

(К. Базилио «Экономические тезисы»)

Когда заходит речь о вкладах и вкладчиках, то в разговоре, как правило, участвуют только те, кто отдавал свои деньги. «Мы пойдем другим путем», — решил я и разыскал человека, который эти самые вклады принимал.

Хотя, «разыскал» — громко сказано. Человек этот у всех на виду и сам стремится встретиться с журналистами. Вернее, сама. Зовут ее Антонина Илларионовна Ксенчак. Когда-то она организовала прием вкладов в фирме «Арго-3». Что было потом, вам наверняка будет интересно узнать.

— Я, кстати, самая первая начала принимать вклады. И последняя, кто осталась после краха, — остальные посбегали. Где сейчас Сумароков и купец Крючков? Ведь самое главное — это продолжать работать с людьми, а не бросать их на произвол судьбы. Я после всех разбирательств собрала всех своих вкладчиков, и подробно рассказала, почему мы прогорели, где моя вина, а где подвели обстоятельства. И заверила, что работа по возвращению вкладов продолжается и будет вестись до окончательной выплаты.

В то время (начало девяностых) действительно реально было выплачивать тысячу годовых. И мы выплачивали. Крушение произошло из-за обвала крупных компаний, которые потянули за собой на дно всех остальных. У нас акций одного только «МММ» на семь миллиардов осталось. Это была наша грубая ошибка. И государство нас подвело. Мы ведь действительно верили, что будут законы, реформы.

Читайте также  Как отправить деньги с мтс

И люди верили. Когда инфляция совсем сорвалась с цепи, люди бросились к нам деньги нести. Очереди выстраивались. Куда угодно, они же обесцениваются с каждым днем. Мы не просто собирали их в кубышку, все деньги были в работе. И вдруг наступил крах. Почти в один день стали рушиться фонды, лопнул московский банк, с которым мы работали.

Все имущество конфисковали. Причем по суду продали его потом в десять раз дешевле. Людям вернули крохи. Я просидела четыре месяца в СИЗО. Вышла практически нищей. Делать нечего, надо с людьми раcсчитываться. Некоторые же в целях наживы продавали квартиры, вещи и все бежали сдавать. Таких жаль больше всех. Между прочим, мы во всех объявлениях предлагали вкладывать СВОБОДНЫЕ средства, а люди, не разобравшись, относили последние деньги.

Самое главное, надо оговорить, кто это такие — обманутые вкладчики. Вот смотрите, приходит ко мне иолодой человек и вкладывает два с половиной миллиона. Через какое-то время я ему выплачиваю уже десять миллионов. Он шесть забирает, а четыре опять вкладывает и исчезает на два года. А теперь заявляется и выкатывает мне иск на почти сорок миллионов (с учетом морального ущерба). Ну какой же он обманутый? Хотя по закону он прав. А чисто по-человечески любой скажет, что он халявщик.

И таких, кстати, много. На недавнем брифинге в Налоговой инспекции Андрей Санников рассказывал, что в городе есть группа якобы обманутых вкладчиков, которые уже десять раз вернули свои деньги и продолжают драть глотку, что их обманули. А по-настоящему обманутые в это время просто сидят дома и не решаются ввязываться в эту канитель.

— Мы ведь не просим денег. Мы способны вернуть людям долги. Нам нужна помощь властей — пусть они пойдут нам навстречу и люди будут получать свои деньги и уезжать «на материк». Вы поймите главное — мы никого не хотели обмануть. Я сама ни копейки не заработала. Живу на пенсию. Во время конфискации у нас забрали все, что мы с мужем нажили за долгие годы — даже пианино и комод.

САМЫЙ ГЛАВНЫЙ РЭКЕТИР У НАС — ГОСУДАРСТВО. Чтобы вывести квартиру из жилищного фонда, нужно выложить 14-17 тысяч новыми, после чего плата за аренду вырастает в десять раз! Все понимают, что это грабеж, но продолжают платить. И это только небольшой момент работы, а таких — десятки. Поэтому и цены у нас драконовские по сравнению с тем же Красноярском.

И я не отчаиваюсь. Сегодня мы с вкладчиками организовали акционерное общество, в котором каждый вкладчик теперь стал совладельцем. Я лично отправляла открытки всем и приглашала встретиться. Половина не ответила или ответила, что претензий к нам не имеет. С остальными мы теперь организуем свое общее дело, чтобы снова зарабатывать деньги.

Здесь я решил прерваться, так как у читателей уже достаточно пищи для размышлений. Рассказ Антонины Илларионовны лично во мне поселил оптимизм. Мы договорились через какое-то время встретиться вновь, чтобы после большого количества слов оценить дела.

Расул Рысмабетов: «Нам нужны новые богатые люди. Старые богатые люди никуда не годятся»

Финансовый консультант Расул Рысмамбетов считает, что, несмотря на внешнее благополучие, казахстанским банкам нужна живительная эвтаназия. В больной экономике не может быть здоровой банковской системы. Поэтому свои депозиты он советует держать в разных банках.

Что происходит с нашей банковской системой? Формально все хорошо. Но интуиция почему-то бьет тревогу. Стоит ли населению боятся за свои депозиты? И вообще, выполняет ли свои функции банковская система Казахстана с точки зрения общества?

– Согласен, что формально у банков неплохие показатели, но, как говорится, есть нюансы. Во-первых, сокращается количество игроков. Во-вторых, снижается количество выданных корпоративных кредитов. Что касается депозитов граждан, то пока они находятся вне угрозы, потому что защиту прав вкладчиков обеспечивает Казахстанский фонд гарантирования депозитов. Этот фонд в случае нехватки денег попросит правительство. Правительство попросит Нацбанк, и он напечатает эти деньги. Каждый банк, получая депозит от физического лица, должен создать резервирование. Все, что ниже 10 миллионов на человека в тенге и ниже 5 миллионов в любой иностранной валюте на человека, гарантировано. Все, что выше — нет. Эти деньги в случае падения банка выдадут, но не сразу. А вот что касается депозитов юридических лиц, в особенности, компаний квазигоссектора, есть вопросы. Падение нескольких банков показало, что руководители квазигоссектора могли потерять деньги и из-за этого сесть в тюрьму, поскольку разместили депозиты в падающих банках. Но этим людям нашли способ спасти кресло через облигации. Но в целом, депозиты юридических лиц находятся достаточно в рисковой зоне, особенно если они «пасутся» в банках, которые завтра-послезавтра упадут. В свое время это был «Банк Астаны», куда все складировали деньги. В итоге мы видим, что происходит.

Что касается миссии банков, то их три: 1) сбережение средств; 2) приумножение капитала; 3) проведение различных транзакций и переводов. С переводами наши банки справляются идеально. Со сбережением капитала, я думаю, наши банки справляются чуть хуже, но из-за того, что идет активная дедолларизация, тенговые депозиты растут, но тенге в целом слабеет. А сила тенге – сила экономики. Поэтому самый большой вопрос с приумножением капитала. Банки сейчас все больше и больше уходят в очень краткосрочные темы: потребительские кредиты, финтех. Банки все меньше дают деньги на рост экономики, охотно уступая эту роль государству. Государство сейчас везде. Допустим, одним из источников дешевых денег для банков должна быть ипотека, но государство создало отдельный «Жилстройсбербанк», запустив несколько программ с использованием коммерческих банков. Так государство пытается активно тушить социальное давление этими ипотечными займами и сохранить свои кресла. Но все эти программы далеко не рыночные: 7-20-25 сменилось 5-20-25. Завтра будет еще меньше. И, поскольку это не рыночные программы, то велика вероятность получить много дешевого жилья плохого качества. Во-вторых, кто-то должен за это платить. А платим мы из бюджета, то есть из нашего с вами кармана. Пока у нас рисуют грамотные схемы, мы не видим потери бюджета, но на самом деле мы всего лишь проедаем накопленные средства.

Одинокие голоса не разделяют всеобщего ликования в связи с тем, что теперь часть населения может взять досрочно свои пенсионные накопления. Более того, все предрекают создание ипотечного пузыря. Вы согласны с этими тревожными прогнозами?

— Бесплатный сыр может быть только в бюджете. Ипотечный пузырь уже давно растет. Во-первых, не все банки еще вышли из тревожного цикла 2008 года. Это странно, но бизнес-дурные привычки остались у многих банков. Я говорю про этику выдачи кредитов. Во-вторых, государство, накачивая деньгами строительную отрасль, поддерживает не граждан, а строительные компании и коммерческие банки, через которые идут деньги на эту ипотеку. Поэтому социальный эффект будет очень краткосрочным.

Как вы думаете, когда мы начнем платить по счетам?

– Знаете, можно долго предотвращать падение рынка. Правительство сейчас доминирует над частными банками, потому что оно даёт деньги. Правительство доминирует над строителями, потому что тоже дает деньги строителям по ставкам ниже рыночных. И оно будет это делать, пока не кончатся деньги. Когда это случится, оно сможет занять деньги на внешнем рынке и отсрочить коллапс еще на несколько лет. Но, если по какой-то причине все выйдет из-под контроля, ипотечный пузырь может лопнуть уже через полгода.

Читайте также  Как снять деньги с сбербанковской карты

Поскольку у нас нет фонда гарантирования вкладов юридических лиц, мы постоянно видим, как отдельно взятым акционерам правительство постоянно оказывает весьма ощутимую помощь. В то же время экономику догоняют постпандемические последствия, когда все больше компаний не в состоянии вовремя выполнять свои обязательства, как, впрочем, и население. NPL со стороны юридических и физических лиц будет расти. Чем это обернется для банков?

– Я скажу: «Да здравствует пандемия!» Мировой кризис пришел очень вовремя и спас наше правительство, потому что мы бы упали и без него. Да, действительно, NPL будет расти. Другое дело, что, как ни смешно, наши банки не зависят от мирового рынка, потому что единственный источник их существования — это бюджет и люди. Больше никто. Поэтому банки всегда могут чуть-чуть приостановить введение каких-то жестких требований. Я думаю, что в первом квартале 2021 года нас догонят негативные последствия 2020 года. Мы вскроем NPL. Я знаю, что регулятор очень плохо смотрит на ряд банков и требует, чтобы их акционеры докапитализировали свои банки. И я надеюсь, что это произойдет. Например, акционер одного из банков обещал президенту Казахстана это сделать очень скоро, потому что он из очень богатой семьи.

С другой стороны, пандемия показала, что мы, оказывается, все можем идти в онлайн, в безнал. Получается, мелкие бизнесы могут работать практически без наличности. Это осложняет уход в тень бизнеса. Я думаю, что по модели «Kaspi» пойдут и другие банки. Допустим, в «Kaspi» платежи идут через ТОО, а у других банков идут через банк. Если им разрешат такую же схему, то эти платежи можно будет сделать очень быстрыми. Я не знаю, куда смотрит регулятор, но он очень лояльно и либерально к этому всему относится. Никому: ни президенту, ни премьеру, ни Досаеву не хочется, чтобы банки при них падали, поэтому, надеюсь, они заставят акционеров поставить свои деньги.

Другое дело, что эти проблемы возникли не сегодня. Часть проблем с нашим, мягко говоря, не вполне этичным кредитованием, началась еще в 90-е, когда у нас было 150 банков, потом 50, но проблемы остались и продолжают накапливаться. Иногда регулятор говорит: мы все знаем. Но это люди, которые вот уже 20 лет наблюдают за моральным грехопадением некоторых банков.

В итоге, где бы вы посоветовали держать депозиты? Не надежнее ли их сложить в банковскую ячейку?

– Для начала я бы хотел сказать, что у нас 2019 году реализовался главный политический риск — смена президента. Это ключевой фактор для мировых компаний. Передел собственности пока идет нормально. У нас есть пять крупных банков: «Народный Банк», «Сбербанк» как банковское посольство России в Казахстане, относительно стабилен «Форте», необычный финтех «Kaspi», и наконец «Jysan Bank». Если у вас меньше 10 миллионов, то хранить их можно в первых 15 банках страны. Но, если денег больше, конечно, их лучше распределить между банками: там 10 миллионов, здесь 10 миллионов. Конечно, много будет зависеть от внешних факторов: от того, как будут себя вести Байден с Трампом, как будет восстанавливаться ЕС, как поведет себя Китай. В любом случае, пока мы живем между нефтяной вышкой и медным рудником, у нас не будет диверсифицированной экономики. А значит, на нас влияет любой ветер на мировом рынке.

Можно, конечно, объединить 3-4 крупнейших банка для кредитования крупного бизнеса, а оставшимся оставить совсем небольшие компании. На самом деле, проблемы с ликвидностью у банков все-таки есть. Есть совсем мелкие банки, я бы назвал их бутиковые, которые работают для «своих» людей. Таким образом, из 26 банков в реальности у нас рабочих банков всего 10-15.

Поэтому, депозит — это крайняя мера и только тенговая. Долларовый депозит держать смысла нет. Растут разные брокерские компании и, что еще тревожнее, очень много пирамид. Я бы на месте регуляторов обратил на них внимание. Их существование оборачивается трагедией для все большего количества людей.

До сих пор банки шантажируют правительство тем, что их проблемы могут вызвать «эффект домино» и вызвать массовый отток депозитов. Правительство вынуждено помогать банкам. Как вы думаете, что меньшее из зол: уронить банк или сохранить банковскую систему?

– Я, как финансист, люблю банки. Для меня банк — фантастическая машина времени, которая позволяет брать в долг у себя же в будущем. Но это хорошо, если банк стабильный. Наша банковская система нуждается в мягкой, спокойной трансформации. Сейчас концепция развития финансового сектора перестала учитывать морально-этический компонент. Наша экономика больна коронавирусом последние лет десять точно. А в больной экономике с больными экономическими решениями здоровых банков быть не может. Люди, которые приходят в банк брать деньги, оперируют в больной экономике. У нас слишком мало экономических точек роста. Наша точка роста — это список Forbes, половина которого выросла на бюджетных средствах. Нам нужны новые богатые люди. Старые богатые люди никуда не годятся.

И думаю, их нужно искать в регионах — в каждой области Казахстана нам нужно 10 богатых хозяйств. Другого выхода нет. Хотя наша экономика больна, но мы не можем выбросить ее на свалку. Это же наше государство. Нам нужно садиться на диету, заниматься спортом, накачивать новые мышцы. Нужда заставит. 2021 год должен быть переломным: или мы сломаемся, или возродимся.

Риски в банковской системе — экономические риски прежде всего. Сила тенге — это экономика. Один здоровый гвоздь, забитый в гнилые доски, разрушит все доски. У нас не может все быть одинаково гнилым или одинаково здоровым. Иначе будет разрыв государства вплоть до сепаратизма. Лучше постепенное оздоровление.

Может ли стать одним из триггеров этого оздоровления появление так называемой конкуренции в виде иностранных банков, которые теперь получили возможность работать на нашем рынке?

– Для кого-то мы перекресток, а для кого-то — задворки мировой экономики. У нас очень соблазнительные недра, поэтому к нам могут заходить только достаточно крупные банки. У нас прекрасные активы, которые многие чиновники держат у себя в кармане, но крупным мировым игрокам они их продадут. По потребительским кредитам иностранным банкам мы вряд ли интересны, а вот по корпоративным кредитам нашим банкам сейчас составит конкуренцию абсолютно любой зарубежный банк. Наши банки перестали давать деньги на крупные проекты. Да, конкуренция будет, но в каких-то узких сегментах.

Как вы относитесь к идее передачи управления частным компаниям сверхдостаточных пенсионных накоплений? Есть ли у нас частные управляющие и стоит ли им доверять?

– Я думаю, нужен исключительный список тех, кому можно доверить управление. Многие сейчас начнут пытаться выводить средства и некоторые управляющие компании будут пользоваться этим, помогая людям просто обналичивать эти пенсионные средства. На рынке сейчас очень много аферистов. Для меня странно, что регулятор выдает лицензии некоторым брокерам с явно сомнительной репутацией.

Сколько денег хранят за границей богатые россияне

Богатые россияне не спешат переводить деньги в Россию, показывают расчеты Frank RG. Разговоры о возвращении капитала в Россию — это миф, уверены в компании. Такой же точки зрения придерживаются и банкиры.

Frank RG опросил представителей банков и их клиентов, где состоятельные россияне хранят свои сбережения. Опрос показал, что в зарубежных банках у них хранится 315 млрд долларов. Это 70% всех их активов, общий объем которых в компании оценивают в 455 млрд долларов. В российских банках и инвестиционных компаниях состоятельные клиенты из России хранят 140 млрд долларов, то есть примерно треть.

Читайте также  Кэш что это такое деньги

К богатым россиянам в Frank RG относили тех, у кого есть более 1 млн долларов в финансовых активах. Аналитики компании считают, что таких всего около 30 тысяч человек.

Ранее швейцарский банк Credit Suisse оценивал, что в России живут более 172 тысяч человек, у которых есть более 1 млн долларов. Однако в банке в число миллионеров включали, например, владельцев недвижимости. В Frank RG в число миллионеров включают лишь тех, у кого есть 1 млн долларов наличными, в виде акций или депозитов в банках.

Не менее 3 тысяч россиян имеют накопления более 1 млн долларов, но не держат деньги в российских банках, уверены в компании.

«Это исторически сложилось, потому что люди, которые заработали капитал, так или иначе хотят его сохранить, — пояснила Би-би-си руководитель проекта premium & private banking Frank RG Любовь Прокопова. — А российская юрисдикция остается рисковой, люди не верят в российскую экономику, не верят в российские законы. Это проблема не банков, это проблема странового риска».

Капиталы не возвращаются

Объем капитала, который богатые клиенты разместили в российских банках, по оценке Frank RG, по итогам этого года вырастет на 1,6 трлн рублей и составит 8,7 трлн рублей. Большая часть этих денег вложена в валюту. И во многом рост этого капитала объясняется ослаблением рубля.

Часть средств россияне все же возвращают в Россию из-за границы, но это дает только 5% от прироста капитала, хранящегося в стране. Так как большая часть капиталов продолжает находиться в других странах, в компании тезис «капитал возвращается в Россию» называют мифом.

  • Как санкции повлияли на российских олигархов? Отвечает минфин США
  • США ввели новые санкции против России. Чего ждать дальше?

По словам Прокоповой, косвенные данные, например, отзывы клиентов, говорят, что 40-60% средств россиян за рубежом находятся в швейцарских банках.

«Тренда бегства капитала обратно в Россию мы не видим, это точно», — подтвердил в разговоре с Би-би-си руководитель управления по работе с финансовыми активами банка Citi Михаил Знаменский.

Директор департамента частного банковского обслуживания Unicredit Игорь Рябов считает, что запущенный несколько лет назад процесс деофшоризации помог российским банкам получить «новые деньги». Многие клиенты переводят в российскую юрисдикцию ценные бумаги, объясняет Рябов.

«Вопрос в том, насколько это устойчивый тренд. Время покажет», — сказал банкир.

По словам Прокоповой, среди клиентов российских банков популярностью пользуются депозиты. Около 80% денег хранятся на них, а 20% — активно инвестируются.

Более 50% частного капитала состоятельных граждан исторически находятся за пределами России, говорит глава Sberbank Private Banking Евгения Тюрикова. Но она отмечает, что ряд клиентов все же возвращаются в Россию. Их привлекает, по ее словам, амнистия капитала и налоговые льготы.

Что правительство делает, чтобы вернуть капитал

Правительство не первый год пытается вернуть капиталы в Россию. В этом году власти даже объявили вторую амнистию капитала: она будет действовать с марта по конец февраля 2019 года. Первая прошла в 2015-2016 годах и не пользовалась большой популярностью среди россиян.

Амнистия капитала предполагает, что россияне смогут подать декларацию в налоговые органы, в которой будет указана информация об их счетах и капиталах за рубежом. Они не будут облагаться налогами. Кроме того, есть ряд статей уголовного кодекса, по которым подавших декларацию не будут привлекать к ответственности.

  • Возвращение домой: воспользуется ли бизнес амнистией капитала
  • Амнистия капиталов: что это такое и надо ли возвращать деньги в Россию?
  • В России появятся свои офшоры. Как они будут работать?

В марте Россия разместила первый в этом году выпуск еврооблигаций — новые на 1,5 млрд долларов и дополнительный выпуск на 2,5 млрд долларов. Из привлеченной суммы 3,2 млрд долларов планировалось направить на обмен старого выпуска облигаций с погашением в 2030 году.

По замыслу властей, купить еврооблигации могли олигархи, желающие вернуть капиталы на родину. Размещение прошло примерно за месяц до того, как США ввели новые санкции в отношении ряд российских бизнесменов и компаний.

Чиновники минфина России перед размещением заявляли, что приоритет при покупке будет отдаваться российским клиентам. А при желании покупателям была гарантирована анонимность. Но в итоге именно на российских инвесторов пришлось только 5%, сказал министр финансов Антон Силуанов. Он предположил, что они могли купить облигации на вторичном рынке.

Где миллиардеры хранят все свои деньги?

У миллиардеров, с которыми я встречался, большая часть их «миллиардов» используется в активах. Их долевое участие в различных компаниях, принадлежащие им активы в сфере недвижимости, права на добычу и добычу полезных ископаемых, добыча нефтяных скважин, золота и других драгоценных металлов, редких и коллекционных автомобилей и изобразительного искусства. Это те вещи, которые продолжают ценить в цене и обеспечивают доход. Хотя миллиардеры могут принять решение оставить наличными или другими ликвидными активами более 100 миллионов долларов, как я понимаю, очень немногие хранят более 500 миллионов долларов, поскольку их стоимость колеблется, но держать деньги — плохая форма.

они распределяют свои активы в самых разных вещах, таких как:

недвижимость (коммерческая / жилая) бизнес активы офшорные акции, облигации, взаимные фонды, такие как твердые активы золота мягкие активы

и я уверен намного больше.

Они НЕ вкладывают миллиарды в банки, поскольку банк не имеет миллиарда долларов, и особенно потому, что FDIC даже не страхует 1 миллион.

Они намного умнее, чем вы думаете. По вашему вопросу я также могу сказать, что миллиард также намного больше, чем вы думаете. Получить миллиард в банк (наличными) было бы чертовски миссией.

Черт, если что, миллиардеры одалживают банкам деньги, а банки платят им проценты.

Где миллиардеры хранят свои миллиарды?

О, этот вопрос — обвинение в неспособности школ учить чему-либо о деньгах и финансах .

Богатые не сидят с кучей денег, как Скрудж МакДак

Богатство содержится в активах, обычно это инвестиции в недвижимость (землю и здания) и инвестиционные счета . паевые инвестиционные фонды, акции, облигации и тому подобное. Небольшой процент денег, вероятно, однозначный процент… 1% может быть наличными для покрытия расходов на домашнее хозяйство и непредвиденных расходов на проживание. Внесение любой суммы денег свыше 250 000 долларов США (общая стоимость счета в расчете на застрахованный банк США) означает, что лишние деньги не застрахованы правительством США в случае банкротства банка. По этой причине вы вряд ли найдете слишком много людей со значительными остатками денежных средств в банках США.

Но чтобы ответить на ваш вопрос, как бы странно это ни было, да, банки могли бы без проблем выплачивать годовой процент 2020-04-14T15:38:07+03:00 1 год, 6 месяцев назад

Я буду говорить только из моих личных обстоятельств. Состав моих активов таков:

22% наличными или почти наличными — 1/2 из них в материальных ценностях. То есть. Искусство драгоценных камней и металлов — физическое.

49% в акционерном капитале моих первичных и вторичных бизнес-единиц.

11% в потребительских товарах длительного пользования, включая автомобили инвестиционного класса.

16% в резиденциях

2% в текущем долге 1.75% на остаточное имущество или наследственный раздел, содержащийся в условном депонировании.